Сергей Черечень, фото: bsdg.by

Россия и Беларусь сильно поссорились из-за того, что уже с 2019 года повысилась цена российской нефти для белорусских нефтеперерабатывающих заводов, что сильно бьет по белорусскому бюджету. Еще один спорный вопрос – цена на газ для Беларуси, в Минске ее считают завышенной, а в Москве, наоборот, льготной. И, похоже, Владимир Путин и Александр Лукашенко не смогли решить проблемы на встрече в Кремле ни 25, ни 29 декабря прошлого года.

В результате, чтобы как-то придать политическому тупику вид многоточия, руководители стран создали “рабочую группу по спорным вопросам и интеграции”.

SPEKTR.BY узнал мнение по поводу белорусско-российского конфликта у председателя партии «Белорусская социал-демократическая Грамада» (БСДГ) Черечня Сергея Владимировича.

— Сергей Владимирович, сегодня не только белорусские и российские СМИ обсуждают отношения двух стран, но и мировые СМИ, такие как The Washington Post. Энергетические конфликты между Россией и Беларусью возникают почти каждый год, но впервые конфликт стал развиваться так резко и настолько жестко. По вашему мнению, почему так произошло именно сейчас?

— Причины могут быть различные. Вот четыре основных сценария, которые на сегодняшний день могут бы причиной сложившейся ситуации:

Во-первых, банальная нехватка денег в бюджете РФ могла стать катализатором для поиска финансового механизма по латанию дыр. Часто в период “кассового разрыва” кризис менеджеры начинают с оптимизации расходов. К этому манёвру можно отнести и “пенсионную реформу” и повышение ставки НДС с 18 до 20%. Очень часто молодой актив прагматичен и руководствуется цифрами, а не стратегическими планами. В период санкционного давления эта рабочая версия, но маловероятная. Ведь Беларусь всегда была стратегическим партнёром для РФ, пусть и дотационным.

Во-вторых, на фоне украинских событий в Кремле могло быть принято решение по усилению влияния на территории Беларуси с целью не допустить украинский сценарий – скажем, просто решили перестраховаться. Но не нашли в этом понимания со стороны действующей власти РБ, и вошли в принципиальный клинч. Ведь обострение партнёрских отношений сейчас для России – вовсе невыгодная позиция. Более того, никакой выгоды тут вовсе нет.

В-третьих, бизнес-элиты России могли вновь проявить интерес к получению доступа к немногочисленным, но, тем не менее, всё же активам Беларуси. Мы видим молочные и мясные войны, причиной которых было и остается желание купить по бросовым ценам наши успешные производственные предприятия. Мы видим недозагруженность нефтеперерабатывающих заводов, и желание российской стороны получить контрольные пакеты на предприятиях. Вероятность того, что в основе событий попытка планомерного рейдерского захвата существующих активов, путём временной блокировки работы предприятий, исключать никогда нельзя. Это – норма для бизнеса, и проблема для страны.

В-четвертых, возможен и «стратегический вариант», когда за планами к 2024 году объединить Россию и Беларусь в единое государство может стоять попытка российских элит пролонгировать полномочия Путина, но уже в статусе “президента” союзного государства.

— Кажется, что все уже забыли про суть конфликта и то, из-за чего он начался (пошлина на нефть и цена на газ). Сегодня больше говорят о поглощении Беларуси Россией. Впервые за 16 лет Москва публично дала понять, что поддержка ею Беларуси прямо зависит от усиления интеграции. А Владимир Жириновский и вовсе открыто заявил о вхождении нашей страны в состав РФ. Насколько это реальный политический сценарий?

— К сожалению, такой сценарий полностью исключать из повестки дня нельзя. И причина, конечно, не в налоговом маневре России и желании российского руководства извлечь из него максимум бонусов, либо экономических, либо – политических. Это – всего лишь проблематика сегодняшнего дня, и не вызывает сомнений, что она так или иначе будет решена. А вот причины, в силу которых Беларусь периодически чувствует себя уязвимой, останутся.

Самая главная из них – это традиционная приверженность Беларуси политике маневра и балансирования между центрами силы. Это прекрасно работало большую часть постсоветской истории, но последние несколько лет, с началом украинских событий, дает откровенные сбои. Дело в том, что маневрировать и балансировать эффективно возможно лишь в качестве реакции на чужие действия, но едва ли возможно действовать инициативно. А оборона всегда будет проигрывать нападению.

Да, мы на сегодняшний день действительно зависимы от Кремля, эта зависимость экономическая, и манёвры нам сейчас делать некогда, да и не с кем. А что мы сделали для того, чтобы уравновесить эту зависимость, чтобы и Кремль зависел от нас? Что, например, мешало нам самим сформулировать те условия интеграции, которые были бы для нас максимально выгодны, и продвигать их либо через Союзное государство, либо через Евразийский союз? Ведь в этом случае и инициатива, и пространство для торга однозначно принадлежали бы нам, и мы бы определяли правила игры куда в большей степени, чем это происходит сегодня. Ведь основой независимости является не изолированность, в сегодняшнем мире это просто невозможно, а взаимозависимость, и способность эту взаимную зависимость не только создавать, но и делать взаимно выгодной.

— Можно ли сегодняшние проблемы решить просто?

— Сложные вопросы если и имеют простые решения, то эти решения, как правило, оказываются довольно дорогими. Скажем так, проблема пробоины в корабле не решается путём вырывания досок с другого борта. Мы находимся в состоянии торга с Россией, и теоретически усилить свою позицию можно двумя способами: это либо снизить «цену вопроса», т.е. снизить собственную зависимость от нефти, либо перехватить инициативу в сегодняшнем диалоге с Москвой. Ничего не мешает двигаться по обоим путям одновременно, но обе эти стратегии надо готовить, они не возникают в качестве экспромта.

— Как, по вашему мнению, сейчас надо поступить Александру Лукашенко?

— Для принятия решения нужна оценка всех факторов, а их знает Лукашенко, и не знаю я. Если исходить из того, что пока он явно старается выиграть время, то даже можно попробовать надеяться, что эта пауза будет использована для выработки одной, второй, либо обеих сразу стратегий. В ином случае есть риск, что это будут его решения, и наши с вами проблемы. Поскольку в случае, если ничего не происходит, и мы тянем время лишь в привычном расчете на то, что проявит инициативу кто-либо из внешних игроков, то расклад более-менее понятен, и совсем не оптимистичен. Так, подконтрольность и эффективность китайских инвестиций вызывает вопросы, на серьезную игру с европейской стороны сегодня сложно рассчитывать, ЕС находится вовсе не на пике силы, а инвестиционный климат у нас на уровне: “не шутите так больше”.

— В любом случае президенты не вечны. Как вы считаете, каково будущее Союзного государства без Лукашенко и Путина?

— Во-первых, мы не чужие друг другу люди, и много лет мы прожили под одной крышей. Мы братские народы и я надеюсь, такими и останемся. Вот только съезжаться нам в одну квартиру уже не стоит, а стоит дружить семьями. Я вижу наше будущее в Союзных государствах, а не в Союзном государстве. Во-вторых, и как выходец из бизнеса я не могу недооценивать этот фактор, Союзное государство – это рынок для белорусской продукции, который ею исторически был завоеван и освоен. Терять его ни в коем случае нельзя, за него нужно бороться, и его нужно расширять. Сегодня не та ситуация, чтобы кто бы то ни было мог позволить себе свои рынки, тем более такие емкие, как рынок СГ. База Союзного государства, насколько я понимаю, вполне позволяет белорусское инициативное движение в этом направлении. Помнится, Лукашенко обещал украинцам приехать к ним на тракторе, и это – замечательно. Но почему вся Россия, не говоря про Евразийский союз, до сих пор не катается на наших тракторах? Неужели инструментарий СГ это ограничивает? Честно говоря, не верю.

— Политический фон отношений Минска с Москвой все больше задается контекстом конфронтации между Россией и Европой. Беларуси всегда придется выбирать между востоком и западом? Есть ли другой путь у Беларуси? С кем нашей стране быть?

— Я бы сказал, что ключевой давно стала конфронтация между США и Россией, и Европа в этом противостоянии сама во многом стала объектом и буфером. Поэтому, претендуя на статус еще одной «буферной зоны» между Москвой и Вашингтоном, Беларусь, боюсь, столкнется тут с очень высокой конкуренцией. А вот использовать структуры того же Союзного государства для того, чтобы реализовывать свою внешнеполитическую повестку в интересах страны и региона – можно и нужно. В равной мере нужно использовать наработанный Беларусью потенциал отношений со странами Европы и структурами ЕС – представляется, что в условиях их конфронтации с США от них сегодня многого можно добиться. Международные отношения учат, что даже в условиях существенных противоречий всегда можно найти вещи, где интересы взаимодействующих сторон совпадают. На них и нужно концентрироваться.

— БНФ предлагает ограничить трансляцию российских каналов в Беларуси и заменить их программами собственного производства. Насколько целесообразно данное предложение?

Во-первых, это не демократично. И если мы говорим о демократии, то давайте не менять своего курса, каждый вправе смотреть и слушать то, что он хочет. Во-вторых, перед тем, как инициировать любые серьезные трансформации, переговорите с бизнесом. Я крайне сомневаюсь, что хоть кто-то может потянуть производство белорусскоязычного контента в объемах сегодняшнего вещания, в принципе не имея шансов его окупить на 10-миллионной аудитории. Чтобы понимать глубину проблемы – даже в России с ее, казалось бы, гигантской 140-миллионной аудиторией далеко не всегда можно говорить об окупаемости производимого контента, достаточно посмотреть на количество выживших на этом рынке игроков. В этом плане руководству БНФ впредь можно рекомендовать подкреплять подобные инициативы обоснованием того, за счет чего, или кого, они могут быть профинансированы.

— Как вы относитесь к проблематике поставки белорусскими предприятиями санкционной продукции в РФ и многочисленными заявлениями с российской стороны о нашей непорядочности по отношению к законам союзника?

Эта как раз та проблема, прояснение которой в интересах белорусской стороны. Ведь хорошо известно, об этом неоднократно говорилось, что транзит санкционной продукции в РФ собственно белорусскими компаниями, а не аффилированными предприятиями из России, составляет максимум 5%. Ведь каждый человек, связанный с продажами, прекрасно знает, что купить товар – не проблема. Проблема его продать. Ни один российский сетевик не отдаст свою маржу белорусскому перекупщику. Поэтому транзит работает, но руководим им не мы. И публичное прояснение этой ситуации, кстати, принесло бы нам столь нужные сейчас для торга политические бонусы на российском направлении.

Нам нужно менять парадигму. Пора перестать сидеть в окопах, надо учиться перехватывать инициативу. 

По теме

В Минске выбирают артистов, достойных “Евровидения”

4 февраля в Минске началось прослушивание артистов на “Евровидение-2019”. Всего было подано…

Экс-посол Украины неожиданно жестко раскритиковал Александра Лукашенко

В эфире одного из украинских телеканалов бывший посол Украины в Беларуси Роман…

Станислав Шушкевич: Я пригласил Клинтона в Беларусь во время официального визита в Вашингтон

Ровно 25 лет назад состоялся первый и пока единственный визит президента США…

В Беларуси вводят новые ограничения для курильщиков

В Беларуси стало более жёстким антитабачное законодательство. 24 января Александр Лукашенко подписал декрет №…

Лукашенко: поддерживая Беларусь, Россия прежде всего поддерживает себя

Александр Лукашенко на прошедшей встрече с губернатором Новосибирской области Андреем Травниковым заявил,…

Лавров рассказал, чего Россия хочет от Беларуси

Создать общую конституцию, суд и парламент с Белоруссией пока невозможно, но РФ…

Украина вышла из координационных органов СНГ

Украина вышла из координационных органов СНГ. Ранее Киев подал соответствующий документ, теперь…

Лукашенко: Материальное положение госслужащих должно расти или падать в соответствии с уровнем населения

Материальное положение госслужащих должно расти или падать в соответствии с ростом или…

«Белсоюзпечать» продает обложки для паспортов с надписью Russia

Пользователь «Фейсбука» Геннадий Винярскийсфотографировал витрину киоска «Белсоюзпечати», пишет nn.by. Центральную позицию в ней занимает…

Лукашенко рассказал об отношениях с Литвой

Беларусь готова выстраивать добрососедские отношения с Литвой, если Вильнюс в этом заинтересован. Об…